На минувшей неделе с Балкан пришло сразу два сообщения, которые не оставили сомнений – "Газпром" всерьез и надолго решил обосноваться в Европе. К уже строящемуся "Северному потоку" добавился "Южный поток". Теперь российские трубы окончательно "заключат в объятия" европейский континент. Кроме того, "Южный поток" практически не оставил шансов американскому "Набукко" – как ни крути и ни выдумывай, кратчайший путь между двумя точками – это, все-таки, прямая. Вторая новость – намерения "Газпрома" приобрести пакет акций Сербской нефтяной компании, 100% акций которой принадлежат правительству Сербии. Это вообще открывает "Газпрому" путь к заветной мечте – газораспределительным сетям в Европе. К тому же на президентских выборах в Сербии во второй тур вышел кандидат от Сербской радикальной партии Томислав Николич, который, как известно, выступает за сближение с Россией. О том, почему затягивались переговоры по "Южному потоку", в чем американцы проиграли России, почему "Газпром" выбрал Балканы своим плацдармом в интервью Накануне.RU рассказали начальник аналитического отдела ИК "Файненшел Бридж" Алексей Серов, аналитик по нефти и газу ИК "Велес Капитал" Дмитрий Лютягин и начальник аналитического управления компании "АТОН" Андрей Верников.

Вопрос: Почему так долго шли переговоры по "Южному потоку"? Какие условия были нужны Болгарии?

Алексей Серов: Основная проблема того, что переговоры по "Южному потоку" затянулись, состоит в том, что Болгария хотела защитить свои интересы в проекте. Поскольку линия газопровода "Южный поток", пройдя по дну Черного моря, не может просто выйти на территорию Болгарии и там закончиться. Тогда встает вопрос – куда эта ветка газопровода пойдет дальше, и какую выгоду из всего этого сможет извлечь Болгария? Понятно, что Болгарии бы хотелось, чтобы на ее территории были построены какие-то газохранилища, чтобы она имела возможность покупать газ, складировать его на этих хранилищах и участвовать в торгах на европейском газовом рынке, то есть не просто быть страной-транзитером, но и по максимуму извлечь выгоду, иметь возможность зарабатывать. Для того, чтобы Болгария могла все это осуществить, ей нужно было получить серьезную долю в этом проекте. И в итоге она этого добилась – как известно, доля Болгарии в проекте составит 50%, еще столько же получит "Газпром".

Дмитрий Лютягин: Среди причин затягивания переговоров по "Южному потоку" можно назвать противодействие не со стороны Болгарии или России, а со стороны Соединенных Штатов, которые были заинтересованы в строительстве альтернативного газопровода "Набукко". Эти два проекта являлись конкурирующими, но по экономической целесообразности требованиям Европы больше отвечает российский проект. Во-первых, сырье, которое будет транспортироваться по этому газопроводу, будет идти из России, в то время как по "Набукко" было очень много вопросов – какие же страны будут транспортировать по нему свой газ, готова ли у них инфраструктура по добыче к заполнению данного трубопровода. Во-вторых, "Южный поток" обеспечит еще один альтернативный канал поставки газа в Европу для России. Сейчас есть центральный "вход" – через Белоруссию, Украину, строится "Северный поток" по дну Балтийского моря. И ко всему этому теперь добавится и "Южный поток". Европейский рынок для нас очень интересен, хотя многие европейские эксперты и высказывали опасения по этому поводу. В любом случае, к 2015 году потребность Европы в газе вырастет до 800 млрд куб. м в год против 540 млрд куб. м в год сейчас. С учетом того, что доля европейских стран, которые сами добывают газ, составляет 44-45%, к 2015 году она упадет до 25%. До 500-520 млрд куб. м газа Европе придется импортировать. Откуда взять такие объемы, если не налаживать сейчас отношения с Россией? Я думаю, это было бы проблематично. И европейцы также это понимают, хотя и высказывают свои опасения. Они понимают, что только с помощью России можно эти объемы удовлетворить.
Конечно, и Туркмения, и Узбекистан, и Казахстан могут участвовать в поставках, но, по тем добычам, которые есть в России, они не смогут обеспечить и половины поставок газа, которые делает Россия. Отказываться от экономически целесообразного проекта нельзя, и в Европе это понимают, поэтому и принят проект "Южный поток".

Андрей Верников: Болгарская сторона пыталась выторговать для себя более выгодные условия. "Южный поток" выгоден и Европе, и России, так как поможет диверсифицировать поставки российского газа в Европу. Поскольку трубопровод "Южный поток" в дальнейшем будет конкурировать с трубопроводом "Набукко", его строительство выгодно для Европы, так как поможет увеличить надежность поставок. Для Болгарии стать транзитером энергетических потоков из России означает новые поступления в бюджет, кроме того, многие болгарские фирмы будут участвовать в строительстве газопровода.

Вопрос: Позволит ли пропускная способность "Южного потока" обеспечивать газом не только европейских потребителей, но и покупателей в других регионах мира?

Дмитрий Лютягин: В принципе, если потребности Европы будут удовлетворяться за счет газопроводов, расположенных севернее, то можно было бы использовать "Южный поток" в качестве плацдарма для того, чтобы в дальнейшем в Болгарии построить какой-нибудь завод по сжижению газа. Тогда возможен вариант, при котором сжиженный газ будет экспортироваться в ту же самую Америку. Для этого у "Газпрома" есть и северные проекты, но, в любом случае, такой вариант имеет право на существование, поскольку сжижать газ в этом регионе дешевле, чем на севере.
У "Южного потока" пока не очень большая запланированная пропускная способность, но в будущем можно будет подумать и об его расширении.

Андрей Верников: Проект "Южный поток" рассчитан на снабжение стран Центральной и Южной Европы и для этого его мощности хватит. Газовый баланс Европы постепенно меняется - третья часть получаемого Европой газа приходится на Россию, но с каждым годом доля России возрастает, так как количество потребляемого газа постепенно растет, а альтернативные поставки газа, например в Алжире или Индии, или слишком дороги, или объемы этих поставок не в состоянии удовлетворить растущие потребности Европы. При всем этом, доля газа добываемого в Европе, например в Великобритании, постепенно падает.

Вопрос: Много говорилось о том, что "Южный поток" должен стать альтернативой американскому проекту "Набукко". Будет ли между этими газопроводами конкуренции, или они могут существовать параллельно?

Алексей Серов: Скорее всего, конкуренции не будет никакой, просто потому что это такая ниша, которую кто раньше освоит, тот и будет лидером. Понятно. Что в свете последней динамики спрос на газ в Европе будет постепенно расти, увеличиваться. Понятно, что в определенные моменты могут "пострадать" цены, но спрос постепенно продолжит расти. По всей видимости. "Южный поток" позволит поставлять газ не только в Европу, но и еще в страны Тихоокеанского региона. Я думаю, что следующим моментом по проекту будет строительство завода по сжижению газа на территории Болгарии либо строительство порта, который позволит экспортировать газ в другие регионы мира.

Вопрос: "Газпром" заявил о своем желании приобрести долю в Сербской нефтяной компании, которая является государственной. Какие цели преследует экспансия газового гиганта на Балканы?

Алексей Серов: Балканы – это хороший плацдарм для того, чтобы выйти на Европу, поскольку присутствие на Балканах позволит "Газпрому" в дальнейшем быть очень хорошо представленным на энергорынке Европы. Одно дело – газовое хранилище где-то на Ямале, другое – на Балканах – практически прямая возможность участвовать в структуре европейского газа, есть возможность поставлять газ на электростанции, которые "Газпром" тоже приобретает в Германии и Бельгии, поставлять газ для газораспределительных сетей в тех же странах. Покупка таких вещей дает возможность дальнейшего развития на европейском рынке.

Дмитрий Лютягин: Это больше связано с дальнейшей экспансией "Газпрома" в Европе, действительно, создается некий плацдарм. Собственно, для этого "Газпром" и идет на Балканы. Он занимает пока те рубежи, которые ему разрешают занимать, но, в любом случае, он будет продвигаться дальше.
У Сербской нефтяной компании есть права на строительство разветвленной потребительской сети. В таком случае "Газпром" получает доступ к распределительной сети, чего он как раз уже давно и добивается. Конечно, его цель получить распределительные сети Западной Европы, но начинать можно и с Сербии.

Андрей Верников: Европейские политики давно выражали опасения относительно экспансии "Газпрома" в Европе, и в последнее время эти голоса только усилились. Некоторые западные политики считают условия этого соглашения невыгодными для Сербии, называя их платой Сербии России за неуступчивость последней в "косовском вопросе". К слову, антироссийские силы присутствуют и внутри Сербии, к примеру, министр финансов и экономики Сербии выступает против покупки "Газпромом" акций NIS.

Вопрос: А скажется ли на действиях "Газпрома" негативная реакция Еврокомиссии, которая, как известно выражала недовольство зависимостью Европы от российского газа?

Алексей Серов: Все дело в том, что, согласно энергетической политике Евросоюза, которую в настоящий момент он активно проводит, все компании, которые работают на рынке ТЭК, должны быть разделены по видам деятельности. Это предполагает либерализацию рынка поставок, рынка сетей, рынка сбыта и рынка переработки и касается всего, начиная электроэнергетикой и заканчивая газом и нефтью. Сложность заключается в том, что даже европейские концерны против этой политики, и вряд ли, учитывая в том числе и лобби российского правительства, тенденция будет переломлена. Крупнейшие компании просто в этом не заинтересованы, а ведь они и являются, по сути, энергообразующими для всей Европы.

Адрей Верников: Критика звучит давно, но у Европы нет альтернативы российскому газу, и критика "Газпрома" Еврокомиссией звучит неубедительно. Некоторые страны, например Италия, не имеют других поставщиков, кроме России. Кроме того, "Газпром" доказал свою надежность как поставщик газа, а так же способность быстро увеличивать поставки в случае необходимости. Совсем недавно, после прекращения поставок газа в Турцию из Ирана, именно "Газпром" закрыл брешь в газовом балансе Турции, увеличив поставки по газопроводу "Голубой поток".