Новый Договор о европейской безопасности

В самом конце июня на о.Корфу (Греция) состоялась неформальная встреча министров иностранных дел и представителей ОДКБ, СНГ, НАТО, ЕС и ОБСЕ, на которой впервые в таком широком формате обсуждалась инициатива России по новому Договору о европейской безопасности (ДЕБ), озвученная Дм.Медведевым на прошлогоднем экономическом форуме в Петербурге.
Среди ключевых положений предлагаемого договора Москва видит подтверждение базовых принципов безопасности и межгосударственных отношений на евроатлантическом пространстве; недопустимость применения силы или угрозы ее применения в международных отношениях; гарантии обеспечения равной безопасности; запрет на эксклюзивное право любого государства и международной организации на поддержание мира и стабильности в Европе; установление основополагающих параметров контроля над вооружениями и разумной достаточности в военном строительстве.
Фактически эти принципы подразумевают отказ от размещения элементов американской ПРО в Чехии и Польше, расширения НАТО, игнорирования соглашения об адаптации ДОВСЕ. Но главное – лишают США возможности предпринимать в будущем односторонние действия, подобные вторжению в Ирак и Афганистан, закладывают фундамент для изменения баланса сил в Евразии и ликвидации системы однополярного мира.
После избрания Б.Обамы и появления признаков готовности к «перезагрузке», антиамериканские нотки в российской риторике значительно ослабли (прямая критика США практически исчезла). Весной с.г. Дм.Медведев представил модернизированную позицию по ДЕБ, в основе которой должны лежать Хельсинские соглашения 1975 г. – «Хельсинки плюс». Во главу угла ставится идея неделимости европейской безопасности – правовое оформление обязательства не укреплять собственную безопасность за счет безопасности других.
Содержательно предложения Москвы мало изменились. Выделяются следующие смысловые блоки договора:
1. Сдерживание возможностей НАТО, прежде всего, по ее расширению, «снятие коллизии между общеевропейским и внутриблоковым подходами к безопасности» через придание документам ОБСЕ юридической силы. При этом Россия исходит из того, что в альянсе развиваются некие внутренние процессы («кризис идентичности»), способствующие продвижению ее предложений.
2. Пересмотр роли ОБСЕ, которая подвергается российской критике за политику «двойных стандартов». Главная проблема для Кремля –позиция Организации на выборах в странах СНГ, которая характеризуется как ангажированная и антироссийская.
3. Превращение ДЕБ в инструмент по предотвращению конфликтов, с которыми, по мнению Москвы, не способны справиться ЕС и НАТО. Наиболее слабое место в российской позиции, которая, осуждая признание Косово (более 50 стран), одновременно признает Абхазию и Южную Осетию (совместно с одной Никарагуа).
4. Увязка проблематики сокращения наступательных вооружений с европейской ПРО.
5. Разработка механизмов взаимодействия государств и организаций по противодействию новым угрозам и вызовам, включая распространение оружия массового уничтожения, международный терроризм, незаконный оборот наркотиков и другие виды трансграничной организованной преступности. Это наименее проблемная область, в которой Россия и Запад сотрудничают достаточно активно.
Все эти идеи в Европе и США в целом воспринимают настороженно. Наиболее негативно относятся к ДЕБ США и союзники (Великобритания, страны Восточной Европы, Прибалтика, Грузия, Украина). Пока США держат паузу. Однако есть определенные надежды на смену подходов после встречи Дм.Медведева с Б.Обамой.
Осторожно, выражая готовность обсуждать идею, но скептически отзываясь о перспективах принятия юридически обязывающего документа, настроены такие традиционные партнеры России, как Италия, Германия, Франция, Финляндия.
Единственно, кто согласился поддержать договор, это не участвующая ни в НАТО, ни в ЕС Швейцария, которая при этом потребовала прописать в нем возможность сохранения нейтрального статуса.
России удалось добиться самого обсуждения ДЕБ. Диалог начинает налаживаться на политическом и дипломатическом уровнях, в контактах экспертов и политологов. Сейчас Москва намерена сосредоточиться на созыве саммита «пятерки» на высшем уровне в следующем году. Предстоящее в тот период председательство в ОБСЕ Казахстана в определенной степени может способствовать решению этой задачи.
Другим позитивным фактором, благоприятствующим налаживанию обсуждения, являются итоги заседания Совета Россия-НАТО. Хотя встреча была неформальной, принято решение возобновить политическое и военное сотрудничество, а МИД России завил, что будет рассматривать возможности расширения военного транзита в Афганистан. Кроме того, генсек НАТО Яап де Хооп Схеффер согласился «отвязать» тему Грузии от темы «конструктивного российско-натовского сотрудничества».

***
Основными сдерживающими факторами в развитии интереса к идее ДЕБ в Европе являются мотивации и качество международного авторитета России. Западные СМИ, эксперты и официальные лица исходят из того, что Москва в первую очередь озабочена не общеевропейской безопасностью, а стремлением «затвердить» собственную политику и создать себе максимально комфортные условия для ее реализации. Западники воспринимают предлагаемый договор и как попытку России компенсировать свое геополитическое ослабление с помощью трансформации контуров и структур безопасности, выработки новых правил игры.
Такое впечатление складывается не в последнюю очередь вследствие того Кремль даже при продвижении действительно важных для общей безопасности и сотрудничества инициатив сохраняет подспудно ощущаемую конфронтационную тональность.
Кроме того к перечню западных претензий к уровню демократии и свобод в России добавилась война в Грузии, признание Южной Осетии и Абхазии, намерение заставить Запад признать наличие неформальных зон «традиционного влияния», что расценивается как имперские амбиции, реализации которых должен способствовать новый ДЕБ.
В настоящее время перспективы договора не выглядят радужными, и главной задачей этого проекта, по всей видимости, является позиционирование России как государства, выдвигающего масштабные предложения, а не задвинутого на европейскую периферию.
На общем фоне относительного потепления в отношениях России и Запада появляется шанс активизировать дискуссию по ДЕБ на разных уровнях, последовательно, убедительно и понятным западникам языком разъяснять смысл, преимущества и актуальность выдвинутых предложений.
Вопрос в том, достаточно ли для такой сложной работы квалифицированных, адекватных кадров.