 |
Некоторые ошибочно ассоциируют русский народ с прекрасными лесами, которые, бесспорно, являются украшением нашей необъятной Родины. Но утверждать, что русские, вернее, их славянские предки – народ лесов и чащоб, неверно. Русские – народ рек. По рекам продвигались предки современных русских вглубь евразийского континента, вступая в соприкосновение с другими этносами. Где-то это носило мирный характер, где-то начиналось или заканчивалось сечей. Одними из первых, с кем русичи установили прочные связи, были финно-угорские племена, которые селились в густых лесах и дубравах.
Финно-угры – полновластные хозяева лесов, народ-лесовик. В лесах сооружали финно-угры свои жилища и капища, жертвенники и молельные места. С лесом была связана вся жизнь финно-угорских племён. В тени непроходимых лесов развивалась и крепла финно-угорская культура, являя на сегодняшний день удивительное многообразие форм и духовной наполненности.
Синтез русских и финно-угров носил не только культурный, но и геополитический характер. Соединившись в единое государство, предки современных русских и пращуры марийцев, мордвы, карелов и удмуртов достигли того, что было им не под силу поодиночке, а именно взаимного усиления, поскольку отдельные государственные или полугосударственные образования (Русь и финно-угорские земли) не обладали должным уровнем геополитической субъектности.
Учёные-евразийцы (Л. Гумилёв, Г. Вернадский, Н. Алексеев) в основе русской государственности видели синтез леса и степи, поскольку вслед за финно-угорскими племенами (лес) к делу строительства российского государства присоединились тюркские народы (степь), некоторые из которых вели динамичный, кочевой образ жизни. Подчёркивая роль леса, то есть, финно-угорского сегмента в истории созидания будущей России, евразийцы понимали, насколько важной была его функция. С полным правом следует отметить, что, хотя русские и являются основным народом- государственником, всё же без финно-угров (как и без тюрок) не было бы той России, какой мы знаем её сегодня.
Сочетание статики и динамики, осёдлости и кочевничества привело в итоге к геополитическим успехам, увенчавшимся становлением державы Российской.
На огромных просторах Евразии реки не служат фактором геополитического единения, как в Европе. Напротив, имея меридиональное направление, реки Евразии дробят её тело на отдельные куски, не способствуя крепости государства. Русские, как народ рек, который всегда селился у их берегов, придал водным артериям Евразии иное измерение. Направляясь вдоль речных русел, русские соединились воедино не только с лесом, но и со степью. Словно крепкие скрепы, расселяясь очагами и чересполосно на евразийском пространстве, русские скрепляли в единую континентальную массу финно-угров и тюрок, «цементируя» пазы, образовывавшиеся между отдельными частями. Это было единение не только политическое, но и духовное. Православие и ислам слились в гармоничном союзе, обеспечив будущей России выживаемость и долголетие.
История уготовила российским финно-уграм судьбоносную роль культурно-политического «моста» между славянским и тюркским мирами. Будучи зажатыми между славянами-христианами и тюрками-магометанами, финно-угры исподволь избрали наиболее оптимальный механизм взаимодействия с обоими. И если русские служат крепкой спайкой всех регионов России в одно тело, то финно-угорские республики – это сварной шов славяно-тюркского синтеза. Ошибочно воспринимать роль финно-угров исключительно как пассивного этнического элемента. Тем более что некоторые из них, например, мордва, сами являлись имперским этносом, наряду с русскими. Известно об эрзянском (мордовском) государственном образовании Пургасова волость, которую именовали также Пургасовой Русью.
«По рождению я русский, по вере – грек», - говорил патриарх Никон, мордвин по национальности. Это говорит о поразительной комплиментарности русских и финно-угров. Хотя, несомненно, это имеет свои негативные стороны, когда многие финно-угры растворяются в русском культурном «море». Такие процессы есть, и следует зорко следить за тем, что соцветие финно-угорских культур сохранилось в целости. С их потерей Россия лишится ценного алмаза из коллекции культур народов нашей страны.
Параллельно с политикой культурного возрождения необходимо принимать меры экономического характера, поскольку падение экономики влечёт за собой утрату народом чувства исторической миссии. На протяжении столетий многие финно-угорские народы были «подпорками» крепких государственных образований, находясь сначала в составе Казанского ханства, а затем в составе русского государства.
Есть немало желающих подрубить финно-угорские «подпорки» России, особенно из-за рубежа. Грешат этим эстонские, финские, украинские националисты. Им же подпевают националисты финно-угорские. За этими процессами внимательно следят в Вашингтоне, чтобы вовремя нажать на нужную болевую точку на теле России, добившись её политического подчинения. К счастью, в основной массе финно-угры не собираются сходить с исторического пути, начертанного ещё их предками, решившими, что союзу с русскими всё-таки быть. Мордовский поэт Алексей Громыхин чутко выразил свою невидимую связь с русской землёй: «Быть зеркалом мира, поверьте, совсем мне непросто. Ведь есть зазеркалье и сонм кривизны в зеркалах... Но вещее слово и русские наши березы пусть нежно трепещут в обычных, земных и даже во всех зеркально астральных мирах…». Татарин Габдулла Тукай писал: «Мы не уйдем туда! Уйти не могут города и реки! Здесь пережитые века пробудут с нами, здесь навеки! Здесь родились мы, здесь росли, и здесь мы встретим смертный час. Вот с этой русскою землей сама судьба связала нас».
И пока русские, финно-угры и тюрки спаяны воедино, стояла, и стоять будет Россия – наш общий дом. Илья Макаров
http://www.segodnia.ru/index.php?s
|
